Каталог оборудования

Развитие российской химической промышленности начала XX века (часть 2).

1928 год –окончание НЭПа. Созданные в этот короткий период химические производства, в основном восстановленные после Гражданской войны, неспособны были конкурировать с промышленными гигантами и производить конкурентную продукцию. Росла безработица и эти предприятия не могли обеспечить работой всех желающих. В 1926 году в городе Казани насчитывалось 30 безработных. Заработная плата была очень незначительной, к примеру, пара ботинок стоили 60 рублей, а заработная плата 100 рублей. Все иностранные концессии постепенно закрыли свои производства и фабрики. Обстановка в мире для Советского Союза складывалось неблагоприятно- начиналась подготовка к новой мировой войне и экономика страны, а ослабленная НЭПом промышленность не позволяла иметь мощную армию, способную отразить внешнюю угрозу. Эти причины привели к радикальным действиям со стороны советского руководства. К этому времени было покончено с остатками крупных мятежей, небольшие же еще будут вспыхивать на территории страны, вплоть до 1941 года. Появился институт полномочных представителей СССР в Европе и других странах, которые помогали в поиске нужных технологий. И самое главное -сформирован вектор развития страны, который позже будет сформулирован Сталиным «как построение коммунизма в отдельно взятой стране». Финансирование Мировой революции путем создания бесчисленных ячеек Коминтерна было резко урезано.

Начало индустриализации. Начало первой пятилетки в 1928 году ознаменовало новый виток развития страны. Начиналась эпоха плановой экономики. А плановая экономика опиралась на партийные органы, которые выполняли хозяйственные функции в стране. В отсутствии частного капитала, государственные органы становятся заказчиком  многочисленных строек, контролируют этапы возведения заводов и фабрик, карают виновных. При составлении первого пятилетнего плана показатели нередко определяли исходя лишь из ожидаемых потребностей народного хозяйства в химикатах. Её бурное начало ознаменовало обустройство новых промышленных площадок на которых строились химические заводы колоссальной производительностью. При этом нельзя забывать, что это происходит в стране вырабатывавшей небольшое количество электрической энергии, не имевшей собственного машиностроения, станкостроения, производств запорной арматуры, металлорежущих инструментов. Строительство химических комплексов происходило на абсолютно не освоенных территориях Мурманской, Тульской, Куйбышевской (ныне Самарской) Иркутской областей, Башкирии. На 1932 год ВСНХ -как основной катализатор строительства заводов передает свои функции отраслевым наркоматам. Наркомат химической промышленности будет создан только в 1938 году, но функции его заработали намного раньше. Главной проблемой было отсутствие специалистов по различным отраслям. На 1000 человек персонала химической промышленности приходилось всего 12 человек с высшим образованием, тогда как в электротехнической отрасли -86 человек, нефтяной 78 человек. В связи с этим специалистов готовили тут же, поэтапно со строительством заводов. Удалось получить необходимые средства и резко расширить сеть вузов. Временно были сокращены сроки обучения инженеров (до 4, а иногда и до 3 лет). Большинство химических институтов перешло в распоряжение Всехимпрома. Доля советской химии за первую пятилетку в общем объеме крупной промышленности поднялась с 3,1% в 1928 г. до 5,1% в 1932 г. Темпы роста опередили не только всю промышленность, но и ее передовые отрасли. Строительство азотнотуковых комбинатов в Березниках, Бобриках, Черноречье, Горловке, суперфосфатных заводов в Ленинграде, Воскресенске, Донбассе, вискозных фабрик в Клину, Ленинграде и Могилеве, освоение Хибин и т. д. – шло опережающими темпами. Общий подъем всей советской экономики позволил пройти трудную фазу индустриализацию страны. 

Существенно уменьшена импортная зависимость и продолжилось уменьшаться технико-экономическое отсталость. Сложности строительства колонного и емкостного оборудования были связаны с почти полным отсутствием грузоподъемного оборудования. В 1929/30 г. на ввоз химического оборудования пришлось выделить 5,9% (81 млн. руб.) от общих расходов на зарубежные закупки, а в 1931 г. - даже 6,8% (142,8 млн. руб.), то есть в полтора раза больше, чем на ввоз оборудования для всей легкой промышленности, и несколько больше, чем на электрооборудование. Сверстать план второй пятилетний пятилетки развития химической промышленности было проще. При составлении второго пятилетнего плана за основу брались, как правило, действительные возможности; более точно учитывалось состояние энергетики, сырьевой и топливной базы, достижения машиностроения, уровень подготовки кадров и т. д. Когда, например, разрабатывались контрольные цифры по производству серной кислоты, плановики первоначально доказывали, что в 1937 г. ее должно быть выпущено не менее б млн. т.,затем они сократили эту цифру до 4 млн. тонн. Лишь твердая позиция, занятая учеными, позволила внести в план достаточно аргументированные по тому времени показатели - 2080 тыс.тонн . И хотя, как мы увидим далее, по ряду отраслей намеченная программа оказалась недовыполненной по сравнению с первой пятилеткой химики сделали значительный шаг вперед: по объему выпущенной продукции (в ценах 1926/27 г.) задания были превзойдены примерно на 7%. Успехи в развитии химической промышленности были связаны главным образом с освоением новой техники, интенсификацией производственных процессов, расширением предприятий. Но тем не менее привезенные Западом технологии были либо морально устаревшими, либо уже никому не нужных, кроме СССР. И в этом заключается основная проблема страны, которая не развивала специалистов способных создавать технологии, новые методы получения химических продуктов. Тем не менее химическая промышленность постепенно получала нужное количество специалистов, вчерашние начальники строек становились руководителями комбинатов. П.Г.Арутюнянц в Бобриках, М.Н. Грановский в Березниках, В.Е. Цифринович в Соликамске и Л.Т. Стреж в Ярославле. Успешное выполнение второй пятилетки наглядно можно проследить на примере выработки синтетического каучука и азотных удобрений. В 1935 году СССР получила свыше 25 тыс.т синтетического каучука, вместо 20 тыс.т предусмотренных по плану. А 1937 года выработка превысила 70 тыс.т., производительность труда в этой сфере в 6,5 раза, а себестоимость продукции снизилась в 3 раза. Производство азотных удобрений к 1937 году превысило 761,5 тыс.т, что превысило выработку в 1932 года в 14 раз. Параллельно с развитием основной химии расширялось производство резино-технических изделий. Вырос ассортимент лаков и красок и фармацевтических препаратов, продуктов коксохимии. Вопреки  предложениям  немецкими проектировщиков производство серной кислоты выросло, как и выработка лаков и красок -в 4,3 раза, автошин в 4,4 раз, горной химии в 7 раз. Развитие химических предприятий в промышленно отсталых регионах постепенно меняло жизнь людей в лучшую сторону. В закрытых городках было построено жилье для технической элиты со всеми коммунальными удобствами, которые были немыслимы для многих людей того времени. Позже часть этих городков станут ЗАТО.

Влияние репрессий на развитие химической отрасли.  Аварийность на заводах и лабораториях химической промышленности была следствием ускоренной индустриализации, платой за быстрые темпы строительства и монтаж заведомо бракованного оборудования. Пострадавшие получали серьезные травмы, химические ожоги, которые еще не умели качественно лечить. Устранением причин аварий и восстановление разрушенного занимались все те же государственные органы, в т ч ОГПУ-НКВД. БВ силу ряда причин аресты химиков начались с начала 20-х годов. Был расстрелян без суда Тихвинский М.М -создатель нефтяного завода Нобелей в Баку и некоторые другие по делу профессора В.Таганцева. Постоянно разрастающийся НКВД имел отдел курирующий  строительство. При расследовании аварийных случае арестовывали формальных виновников, но не разбиралось их причины. И поэтому случались повторные трагедии. Постепенно аресты превысили всякое разумное количество и к середине 30-х годов избежать ареста ученым уровня Карпова, Чичибабина, управленцам высшего уровня, таких как В.Куйбышев удавалось немногим. Владимир Николаевич Ипатьев-создавший научную школу и основы российской химической промышленности эмигрировал в США, где стал отцом-основателем высоко октанового авиационного бензина. В СССР Ипатьев был лишен звания академика, его книги были изъяты из библиотек. Судьбу Ипатьева разделил и Алексей Чичибабин, который возглавлял с 1918 года Московский военно-промышленный комитет и работал над созданиями химико-фармацевтических заводов и вынужден был бежать на Запад. Там он работал в немецкой фармацевтическом концерне «Etablissements Kuhlmann». После дела Таганцева более крупным делом- было дело Промпартии 1930 года. Раскручивалось дело группой московских сотрудников НКВД, главными из которых был Е.Г Евдокимов и Агранов. По сфабрикованному делу Промпартии были арестованы сотрудники химической секции Госплана, арестован химик Евгений Шпитальский. Его арест послужил толчком эмиграции В.Ипатьева, который был его учителем. Всего было арестовано около 2000 технических специалистов разного уровня. Позже похожие дела фабриковались на Воскресенском химическом заводе, на Березниковском содовом заводе. Малограмотные районные следователи, не имея должного образования, не вникавшие в термины, основы химической технологии работали так небрежно, что дела развалились в суде. После смерти Г.Орджиникидзе в 1932 году аресты специалистов прошли в Москве, Казани, Иркутске, Ленинграде, Перми и многих других городах. Следственные группы порой обезглавливали заводы, арестовывая и директора и главного инженера. Во время репрессивной волны 1937-1938 годов существовал план по арестам и дела фабриковались по «резиновой» 58 статье за контреволюционную, террористическую деятельность. О её повальности говорит тот факт, что все председатели ВСНХ, кроме Ф.Э. Дзержинского, умершего в 1926 году, были расстреляны именно по этой статье. Расстреляны и многие председатели коллегий, видные ученые-химики, такие как Э.Змачинский, Н.Горбунов, Л.Фокин, Н.Юшкевич. Многие умирали во время мучительных допросов. Некоторые ученые, например, Стадников Н.Федоровский получат 17-13лет. Расстреляны руководители: И.И.Тодорский- начальник Главного управления химической промышленности, Е.Л.Бродов -начальник Главазот, директор Бобрикского химического завода, Л.Т.Стреж-директор Ярославского завода синтетического каучука, В.Е.Цифринович -первый директор Соликамского калийного завода. Много расстрелянных среди руководителей строительных трестов. В истории репрессий много белых пятен, к примеру точное количество репрессированных, умерших при допросах. Но одно ясно что не было ни одного ареста высших государственных чиновников, которые непосредственно ставили визу на договорах по поставке некачественного трубопроката, тонкостенных резервуаров, некондиционной запорной арматуры. Тех, чьи подписи стояли на указаниях любой ценой воздвигать тот или иной комбинат и в результате аврала, например, трескались стены и рушились опоры возведенные наспех в сильный мороз. Подверглись репрессиям те, кто в той или иной степени препятствовал поставках морально устаревшего оборудования, технологий и остается удивляться как работала промышленность при таком обилии террористов, вредителей, врагов народа? К 1938 году с приходом к руководству НКВД Л.Берии репрессии против научных специалистов cтановится значительно меньше. После 1956 года все вышеперечисленные люди и многие другие были реабилитированы, уголовные дела были прекращены за отсутствием состава преступления. Реабилитированы были и все осужденные по делу Промпартии. Но урон который понесла наука, химическая промышленность был непоправим. Достаточно сказать, что вся химическая промышленность которая была построена наёмными американскими, немецкими, шведскими специалистами  стала оторвана от всего остального мира, любые попытки создать что то новое будут расцениваться как вредительство. Перестали существовать многие направления науки, технологии. Например химия красок. Наметилось отставание в фармацевтике, разработке полимеров итд. В руководстве главков, ведомств и наркоматов пришли совершенно некомпетентные люди и как метко подметил Л.Ландау в 1948 году: …Науку у нас не понимают и не любят, что, впрочем, и неудивительно, так как ею руководят слесари, плотники, столяры. Нет простора научной индивидуальности. Направления в работе диктуют сверху. 

    Ваш email не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.