Каталог оборудования

Развитие российской химической промышленности начала XX века. Часть 2: индустриализация, репрессии

1928 год – окончание НЭПа

Созданные в этот короткий период химические производства, в основном восстановленные после Гражданской войны, не смогли конкурировать с промышленными гигантами и производить конкурентную продукцию. Росла безработица и вновь воссозданные небольшие предприятия не могли обеспечить работой всех желающих. В 1926 году в городе Казани насчитывалось 30 безработных. Заработная плата была очень незначительной, к примеру, пара ботинок стоили 60 рублей, а заработная плата 100 рублей. Из за постоянного изменений законодательства в т.ч. налогового все иностранные концессии к началу 30-х годов постепенно закрыли свои производства.

Обстановка в мире для Советского Союза складывалось неблагоприятно — начиналась подготовка к новой мировой войне и ослабленная НЭПом, Гражданской войной, промышленность не позволяла иметь мощную армию, способную отразить внешнюю угрозу. Эти причины привели к радикальным действиям со стороны советского руководства.

К этому времени было покончено с остатками крупных мятежей, финансирование Мировой революции было урезано и курс развития страны, который позже будет сформулирован Сталиным как «построение коммунизма в отдельно взятой стране» был взят на построение крупных производств. Для этого была подготовлена хорошая научная база в виде плана ГОЭЛРО. Сформированный институт постоянных торговых представителей СССР за рубежом начал поиск технологий.

Рекламные плакаты эпохи НЭПа
Рекламные плакаты эпохи НЭПа

Публикации по теме:

Начало индустриализации

Первая пятилетка стала самой неоднозначной из всех в советской истории. 1928 года -это и начало первой пятилетки, внедрение плановой экономики. Новшество такого типа экономики сводилось к тому, что планы по развитию страны спускались сверху вниз и жёстко контролировались. Плановая экономика опиралась на партийные органы, которые занимали все хозяйственные должности в стране. При составлении первого пятилетнего плана показатели нередко определяли исходя лишь из ожидаемых потребностей народного хозяйства в химикатах. Но первоначально сверстанный план первой пятилетки в ноябре 1929 года был пересмотрен в сторону увеличения. Причиной этому стала начавшаяся США Великая Депрессия, частично перекинувшаяся и на европейские рынки затронула и СССР. Во -первых упала экспортная выручка от продаваемого за границей зерна и поэтому пришлось применять сплошную коллективизацию. Вызванный этими действиями  голод в 1931 году в Украине, Поволжье, Северном Казахстане породил мощный социальный кризис. Во-вторых менялся уклад жизни миллионов людей. Люди уезжали из деревень в города или пополняли многочисленные стройки. Строительство химических комплексов происходило на абсолютно не освоенных территориях Мурманской, Тульской, Куйбышевской (ныне Самарской) Иркутской областей, Башкирии. При этом нельзя забывать, что это происходило в стране вырабатывавшей небольшое количество электрической энергии, не имевшей собственного машиностроения, станкостроения, производств запорной арматуры, металлорежущих инструментов. На 1932 год ВСНХ  (Всесоюзное объединение химической промышленности) — как основной катализатор строительства заводов передает свои функции отраслевым наркоматам. Прежняя система управления отраслями через синдикаты и тресты уходила в прошлое. Наркомат химической промышленности будет создан только в 1938 году, но функции его заработали намного раньше. В-третьих строительство электроэнергетических объектов происходило вблизи объектов потребления (металлургические, химические заводы) и абсолютно не предполагало их закрытие ввиду истощения ресурсной базы.  Этот фактор скажется позже. Но а в первой пятилетки главной проблемой было отсутствие специалистов по различным отраслям. На 1000 человек персонала химической промышленности приходилось всего 12 человек с высшим образованием, тогда как в электротехнической отрасли — 86 человек, нефтяной —  8 человек.

Московский нефтеперерабатывающий завод, 1938 г.

В связи с этим специалистов готовили тут же, поэтапно со строительством заводов. Удалось получить необходимые средства и резко расширить сеть вузов. Временно были сокращены сроки обучения инженеров (до 4, а иногда и до 3 лет). Большинство химических институтов перешло в распоряжение Всехимпрома.

Доля советской химии за первую пятилетку в общем объеме крупной промышленности поднялась с 3,1% в 1928 г. до 5,1% в 1932 г. Темпы роста опередили не только всю промышленность, но и ее передовые отрасли. Строительство азотнотуковых комбинатов в Березниках, Бобриках, Черноречье, Горловке, суперфосфатных заводов в Ленинграде, Воскресенске, Донбассе, вискозных фабрик в Клину, Ленинграде и Могилеве, освоение Хибин и т. д. – шло опережающими темпами. Общий подъем всей советской экономики позволил пройти трудную фазу индустриализацию страны.

Существенно уменьшена импортная зависимость и продолжилось уменьшаться технико-экономическое отсталость. Сложности строительства колонного и емкостного оборудования были связаны с почти полным отсутствием грузоподъемного оборудования. В 1929/30 г. на ввоз химического оборудования пришлось выделить 5,9% (81 млн. руб.) от общих расходов на зарубежные закупки, а в 1931 г. - даже 6,8% (142,8 млн. руб.), то есть в полтора раза больше, чем на ввоз оборудования для всей легкой промышленности, и несколько больше, чем на электрооборудование.

Сверстать план второй пятилетний пятилетки развития химической промышленности было проще. При составлении второго пятилетнего плана за основу брались, как правило, действительные возможности; более точно учитывалось состояние энергетики, сырьевой и топливной базы, достижения машиностроения, уровень подготовки кадров и т. д. Когда, например, разрабатывались контрольные цифры по производству серной кислоты, плановики первоначально доказывали, что в 1937 г. ее должно быть выпущено не менее б млн. т., затем они сократили эту цифру до 4 млн. тонн. Лишь твердая позиция, занятая учеными, позволила внести в план достаточно аргументированные по тому времени показатели - 2080 тыс.т. И хотя, как мы увидим далее, по ряду отраслей намеченная программа оказалась недовыполненной по сравнению с первой пятилеткой химики сделали значительный шаг вперед: по объему выпущенной продукции (в ценах 1926/27 г.) задания были превзойдены примерно на 7%.

Успехи в развитии химической промышленности были связаны главным образом с освоением новой техники, интенсификацией производственных процессов, расширением предприятий. Но тем не менее привезенные Западом технологии были либо морально устаревшими, либо уже никому не нужных, кроме СССР. И в этом заключается основная проблема страны, которая не развивала специалистов способных создавать технологии, новые методы получения химических продуктов. Тем не менее химическая промышленность постепенно получала нужное количество специалистов, вчерашние начальники строек становились руководителями комбинатов. П.Г. Арутюнянц в Бобриках, М.Н. Грановский в Березниках, В.Е. Цифринович в Соликамске и Л.Т. Стреж в Ярославле.

Успешное выполнение второй пятилетки наглядно можно проследить на примере выработки синтетического каучука и азотных удобрений. В 1935 году СССР получила свыше 25 тыс.т синтетического каучука, вместо 20 тыс.т предусмотренных по плану. А 1937 года выработка превысила 70 тыс.т., производительность труда в этой сфере в 6,5 раза, а себестоимость продукции снизилась в 3 раза. Производство азотных удобрений к 1937 году превысило 761,5 тыс.т, что превысило выработку в 1932 года в 14 раз.

Параллельно с развитием основной химии расширялось производство резино-технических изделий. Вырос ассортимент лаков и красок и фармацевтических препаратов, продуктов коксохимии. Вопреки предложениям немецкими проектировщиков производство серной кислоты выросло, как и выработка лаков и красок — в 4,3 раза, автошин в 4,4 раз, горной химии в 7 раз. Развитие химических предприятий в промышленно отсталых регионах постепенно меняло жизнь людей в лучшую сторону. В закрытых городках было построено жилье для технической элиты со всеми коммунальными удобствами, которые были немыслимы для многих людей того времени. Позже часть этих городков станут ЗАТО.

Влияние репрессий на развитие химической отрасли

Аварийность на заводах и лабораториях химической промышленности была следствием ускоренной индустриализации, платой за быстрые темпы строительства и монтаж заведомо бракованного оборудования. Пострадавшие получали серьезные травмы, химические ожоги, которые еще не умели качественно лечить.

Устранением причин аварий и восстановление разрушенного занимались все те же государственные органы, в т.ч. ОГПУ-НКВД. В силу ряда причин аресты химиков начались с начала 20-х годов. Был расстрелян без суда Тихвинский М.М. — создатель нефтяного завода Нобелей в Баку и некоторые другие по делу профессора В. Таганцева.

Постоянно разрастающийся НКВД имел отдел курирующий строительство. При расследовании аварийных случаев арестовывали формальных виновников, но не разбиралось их причины. И поэтому случались повторные трагедии. Постепенно аресты превысили всякое разумное количество и к середине 30-х годов избежать ареста ученым уровня Карпова, Чичибабина, управленцам высшего уровня, таких как В. Куйбышев удавалось немногим.

Владимир Николаевич Ипатьев — создавший научную школу и основы российской химической промышленности эмигрировал в США, где стал отцом-основателем высоко октанового авиационного бензина. В СССР Ипатьев был лишен звания академика, его книги были изъяты из библиотек.

Алексей Чичибабин
А.Е. Чичибабин, 1920-е гг.

Судьбу Ипатьева разделил и Алексей Чичибабин, который возглавлял с 1918 года Московский военно-промышленный комитет и работал над созданиями химико-фармацевтических заводов и вынужден был бежать на Запад. Там он работал в немецкой фармацевтическом концерне «Etablissements Kuhlmann», который входил в картель IGI «Farben».

После дела Таганцева более крупным делом — было дело Промпартии 1930 года. Раскручивалось дело группой московских сотрудников НКВД, главными из которых был Е.Г Евдокимов и Агранов. По сфабрикованному делу Промпартии были арестованы сотрудники химической секции Госплана, арестован химик Евгений Шпитальский. Его арест послужил толчком эмиграции В.Ипатьева, который был его учителем.

Всего было арестовано около 2000 технических специалистов разного уровня. Позже похожие дела фабриковались на Воскресенском химическом заводе, на Березниковском содовом заводе. Малограмотные районные следователи, не имея должного образования, не вникавшие в термины, основы химической технологии работали так небрежно, что дела развалились в суде.

После смерти Г. Орджиникидзе в 1932 году аресты специалистов прошли в Москве, Казани, Иркутске, Ленинграде, Перми и многих других городах. Следственные группы порой обезглавливали заводы, арестовывая и директора и главного инженера. Во время репрессивной волны 1937-1938 годов существовал план по арестам и дела фабриковались по «резиновой» 58 статье за контреволюционную, террористическую деятельность. О её повальности говорит тот факт, что все председатели ВСНХ, кроме Ф.Э. Дзержинского, умершего в 1926 году, были расстреляны именно по этой статье.

Расстреляны и многие председатели коллегий, видные ученые-химики, такие как Э. Змачинский, Н. Горбунов, Л. Фокин, Н. Юшкевич. Многие умирали во время мучительных допросов. Некоторые ученые, например, Стадников Н. Федоровский получат 17-13 лет. Расстреляны руководители: И.И. Тодорский — начальник Главного управления химической промышленности, Е.Л. Бродов — начальник Главазот, директор Бобрикского химического завода, Л.Т. Стреж — директор Ярославского завода синтетического каучука, В.Е. Цифринович — первый директор Соликамского калийного завода.

Много расстрелянных среди руководителей строительных трестов. В истории репрессий много белых пятен, к примеру точное количество репрессированных, умерших при допросах. Но одно ясно что не было ни одного ареста высших государственных чиновников, которые непосредственно ставили визу на договорах по поставке некачественного трубопроката, тонкостенных резервуаров, некондиционной запорной арматуры. Тех, чьи подписи стояли на указаниях любой ценой воздвигать тот или иной комбинат и в результате аврала, например, трескались стены и рушились опоры возведенные наспех в сильный мороз. Подверглись репрессиям те, кто в той или иной степени препятствовал поставках морально устаревшего оборудования, технологий и остается удивляться как работала промышленность при таком обилии террористов, вредителей, врагов народа?

К 1938 году с приходом к руководству НКВД Л. Берии репрессии против научных специалистов cтановится значительно меньше. После 1956 года все вышеперечисленные люди и многие другие были реабилитированы, уголовные дела были прекращены за отсутствием состава преступления. Реабилитированы были и все осужденные по делу Промпартии. Но урон который понесла наука, химическая промышленность был непоправим.

Достаточно сказать, что вся химическая промышленность которая была построена наёмными американскими, немецкими, шведскими специалистами стала оторвана от всего остального мира, любые попытки создать что то новое будут расцениваться как вредительство. Перестали развиваться многие направления науки, технологии.  Например, химия красок. Наметилось отставание в фармацевтике, разработке полимеров и т.д. В руководстве главков, ведомств и наркоматов пришли совершенно некомпетентные люди и как метко подметил Л. Ландау в 1948 году: «…Науку у нас не понимают и не любят, что, впрочем, и неудивительно, так как ею руководят слесари, плотники, столяры. Нет простора научной индивидуальности. Направления в работе диктуют сверху.»

Тем не менее проблемы которые возникали при строительстве заводов были весьма серьезные. Одна из таких проблем -экологическая. У новых корпусов химических заводов плохо работали или вообще не работали очистные сооружения и отравленные сточные воды сбрасывались в воду. Для примера рассмотрим ситуация с Чернореченским химическим заводом, ныне завод «Корунд» (г.Дзержинск). В 1936 году на молочно-товарной ферме, расположенной в 5 километрах от цеха начались массовые заболевания коров. При вскрытии во внутренностях коров был найден свинец. Проведенные анализы Горьковским институтом санитарии и гигиены показали наличие продукта во многих местах реки Волосянихи, что говорило о неудовлетворительной работе очистительной станции цеха.. Сточные воды цеха выпускающие тетраэтилсвинец поступали непосредственно в канализацию без предварительного очищения, в результате проскок продукта в канализацию и в почву. Только после вмешательства М.И.Калинина ситуацию удалось исправить. 

    Ваш email не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.